Живые варианты употребления помогают понять смысл и контекст.
Цхьан инвалидо цун кулгаш хьа а лаьца, ший фоартан юххе уж хьатӀа а дехка из къоано ший баламашца ай а вича, хӀаьта Юлая шод хьа а ийцаь из лоста а йича, — тӀаккха дехар деш, хьесталуча бесса гӀийла узам баьлар башкирага, хӀаьта корта а эгабеш меттана меттел лоаццига юхьиг мара ца йоаллаш йола баге хьайийлар цо.
Когда ж один из инвалидов взял его руки и, положив их себе около шеи, поднял старика на свои плечи, а Юлай взял плеть и замахнулся, — тогда башкирец застонал слабым, умоляющим голосом и, кивая головою, открыл рот, в котором вместо языка шевелился короткий обрубок.
Бегаш санна хетар Герасима ший бе беза болх юрта цо баьча халача балхашта юхе; ах сахьата долла хӀама а даь доалар цун, тӀаккха коа юкъе юха а саце баге а гӀоттайийя, дӀа-юха ухача наха бӀара а хьежаш латтар из, цар ше кхеташ доаца ший гӀулакх къоастадар дог доахаш санна, е цхьан миӀинге дӀа а гӀойя нув а бел а гаьнна дӀа а кхессе, лаьца аькха санна бартал Ӏо а виже, дӀа-юха ца хьовш уллаш дуккха ха йоаккхар цо.
Занятия Герасима по новой его должности казались ему шуткой после тяжких крестьянских работ; в полчаса всё у него было готово, и он опять то останавливался посреди двора и глядел, разинув рот, на всех проходящих, как бы желая добиться от них решения загадочного своего положения, то вдруг уходил куда-нибудь в уголок и, далеко швырнув метлу и лопату, бросался на землю лицом и целые часы лежал на груди неподвижно, как пойманный зверь.