Обзор ингушского языка (г1алг1ай мотт) на основе материалов проекта Калифорнийского университета в Беркли (UC Berkeley Ingush Language Project) под руководством профессора Йоханны Николс. Рассматриваются классификация в нахско-дагестанской семье, фонетика, орфография, морфология (падежи, грамматические классы), эргативный синтаксис и социолингвистическая ситуация.
Материалы UC Berkeley Ingush Language Project под руководством профессора Johanna Nichols (UC Berkeley); адаптация и перевод на русский язык — PaydaDosh.ru.
Like most indigenous Caucasian languages Chechen and Ingush have a wealth of consonants, including uvular and pharyngeal sounds like those of Arabic and glottalized or ejective consonants like those of many native American languages; and a large vowel system somewhat resembling that of Swedish or German. They have extensive inflectional morphology including a dozen nominal cases and several gender classes, complex phrase structure, and extensive clause chaining and verb serialization.
— Johanna Nichols, UC Berkeley Ingush Language Project
Самоназвание и место в семье языков
Сами носители называют свой язык г1алг1ай мотт (ghalghaaj mott), а себя — г1алг1ай (ghalghaaj). Слово «ингуш» — русский экзоэтноним, образованный от названия села Ангушт; «Ингушетия» — гибридное слово на основе русского экзоэтнонима и грузинского суффикса -эти, использующегося в грузинском для образования топонимов от этнонимов. Общее самоназвание ингушей и чеченцев — вай нах «наши люди»; общее обозначение языка — вай мотт «наш язык».
Нахско-дагестанская семья — автохтонная для Кавказа: археологическая преемственность в центральном Дагестане прослеживается на протяжении 8000 и более лет, а распределение древнемесопотамских заимствований в раннем нахско-дагестанском подтверждает длительное местное пребывание семьи. Структура языкового древа (с наибольшей дивергенцией в южных областях) указывает на то, что пра-нахско-дагестанский распространялся в Кавказ с юго-запада, а дальнейшее распространение — из горной зоны на равнины — продолжалось вплоть до появления (этнически русских) казаков в конце XVI века.
Внутреннее членение и близкие идиомы
Носители выделяют под общим обозначением вай нах три-четыре группы:
- ингуши — без внутренних диалектов;
- чеченцы — с несколькими отчётливо различными диалектами;
- кисты Северной Грузии и верхней Алазани — говорят сегодня на грузинизированном чеченском диалекте, но по крайней мере часть из них до начала XX в. говорила по-ингушски;
- мелхинцы (или шире — носители галанчожского диалекта) дальнего западного горного Чечена — традиционно воспринимались как переходные между чеченским и ингушским.
Чеченский и ингушский настолько близки, что после короткой адаптации носитель одного из них хорошо понимает другого. Там, где языки контактируют, они часто используются одновременно: чеченец обращается к ингушу по-чеченски, ингуш отвечает по-ингушски, и общение проходит относительно гладко. Тем не менее различия в грамматике и лексике делают их отдельными языками.
Фонетика
Ингушский — типичный кавказский язык с богатым консонантизмом и сложной системой гласных.
Согласные
В ингушском различаются три серии смычных и аффрикат:
- глухие (придыхательные);
- звонкие;
- абруптивные / эйективные.
Согласные реализуются в восьми-девяти местах артикуляции:
| № | Место артикуляции |
|---|---|
| 1 | Лабиальное (губное) |
| 2 | Дентальное (зубное) |
| 3 | Альвеолярное |
| 4 | Палатальное (нёбное) |
| 5 | Палатовелярное (фонематично, но не всеми носителями осознаётся как таковое) |
| 6 | Велярное (заднеязычное) |
| 7 | Увулярное (язычковое) |
| 8 | Фарингальное (глоточное) |
| 9 | Глоттальное (гортанное) |
Глухой велярный спирант /x/ на самом деле произносится промежуточно — между велярной и увулярной артикуляцией. Все слова в ингушском начинаются с согласного; гортанный смычный /'/ является фонетической реализацией нулевого начала. Согласные могут быть фарингализованными; альтернативно фарингализация может анализироваться как признак гласного.
Гласные
Гласная система ингушского сложна и обладает значительной аллофонической вариативностью.
Орфография: кириллица и латинская транскрипция
Письменные традиции в ингушском не были древними. Орфографии на основе русского алфавита были созданы в 1930-х годах (заменив латинские, также созданные в 1930-х) и используются сегодня в публикациях — главным образом газетах и художественной литературе, хотя для большинства носителей основным средством грамотности остаётся русский язык.
Современная орфография на основе русской кириллицы использует одну дополнительную букву I (палочку), которая передаёт абруптивы (после глухих согласных) и фарингалы (после звонких согласных, в начале слова или после гласного). Эта орфография хорошо различает согласные и экономно использует русские буквы, но сильно недоразличает гласные, что затрудняет распознавание слов и тем самым тормозит распространение грамотности на ингушском.
Латинская практическая орфография Беркли
В рамках проекта Беркли разработана универсальная латинская орфография для ингушского. Её преимущества:
- не использует диакритики и спецсимволы — легко набирать и передавать электронно;
- совместима с практической чеченской орфографией Эрвина Комена;
- строго фонематична.
| Тип | Гласные и восходящие дифтонги | Нисходящие дифтонги |
|---|---|---|
| Долгие | ii, uu | — |
| Краткие | i, y, u; ie, uo; (e), a, o | ei, ai, oi, ou |
| Фарингализованные | ea, aa, oa | aai, aau |
В этой системе /a/ передаёт шва; /p' t' c' ch' k' q'/ — абруптивы; /'/ — гортанный смычный (не пишется в начале слова); /w/ — фарингализованный гортанный приступ (также используется после согласного, например /dwa/, для обозначения фарингализации); /hw/ — глухой фарингальный спирант; /c c'/ и др. — альвеолярные аффрикаты и фрикативы ([ts ts']); /ch ch'/ — палатальные; /rh/ — глухой одноударный; /jk/, /jg/ — палатовелярные.
Морфология: падежи и грамматические классы
Ингушский язык обладает разветвлённой словоизменительной морфологией. Имя располагает дюжиной падежей и несколькими грамматическими (гендерными) классами.
Синтаксис: эргативность
Ингушский — эргативный язык: подлежащее переходного глагола стоит в косвенном падеже (эргативе), а прямое дополнение — в номинативе (как и подлежащее непереходного глагола). По типологическому строю ингушский сопоставим с баскским. Глаголы не имеют согласования по лицу, но некоторые из них согласуются по классу с прямым дополнением или с подлежащим непереходного глагола.
Для ингушского характерны:
- сложная структура синтагмы;
- цепочки клауз (clause chaining);
- сериализация глаголов;
- дальнодистантная рефлексивизация;
- крайне выраженная синтаксическая эргативность.
Поэтическая и литературная традиция
Поэтическая традиция ингушей опирается на ассонанс, кеннинги и грамматический параллелизм. Она включает:
- эпические песни с фиксированной длиной строки, но без чёткой метрической схемы;
- лирические песни — метрически строгие и высокоструктурированные, в том числе жанр газели (классической персидской формы).
Традиционная проза изобилует юмором (как и повседневная разговорная речь). Современная литература включает все стандартные европейские жанры; известны романисты, поэты и драматурги. Современные поэты иногда используют русские конвенции, такие как рифма.
Социолингвистическая ситуация
Ингушский считают своим первым языком 97 % и более этнических ингушей; при этом большинство свободно владеет русским, а поколение, бывшее школьного возраста в годы депортации 1944–1956 гг., часто доминантно русскоязычно.
Ингушский, хотя на нём бегло говорит немалая речевая община, находится под угрозой из-за массового двуязычия с русским, функциональных ограничений, налагавшихся советской языковой политикой до 1991 г., и недостатка возможностей профессионального трудоустройства и высшего образования в Ингушетии или поблизости. Даже самые беглые и явно ингушскодоминантные носители насыщают свою ингушскую речь русскими словами и оборотами в режиме переключения кодов, что предвещает гибель языка, если не будут приняты меры по восстановлению его функционального диапазона, кодификации узуса и грамматики, созданию хороших словарей и возрождению экспозиторных традиций.
В разговорной практике ингушский (или чеченский) используется всякий раз, когда ингуши и/или чеченцы общаются между собой; при участии представителей других национальностей переходят на русский.
Краткая историческая справка
В Средние века ингуши были преимущественно горцами, а чеченцы — горцами с выходом на равнину. Социально оба народа были разделены на небольшое число племён или клановых конфедераций. Кланы были экзогамными и территориально компактными; конфедерации не были экзогамны, но имели свою территорию и свой диалект.
В период средневекового глобального потепления центром лингвистической инновации (и предположительно экономического и культурного престижа) была горная зона ингушей и западных чеченцев; восток и равнины оставались на периферии. Малый ледниковый период с конца Средневековья сместил центры на равнину: некоторые высокогорные сёла были покинуты, население спустилось вниз, расчищая лес и основывая новые поселения.
Социальная организация и обычаи
Чеченско-ингушское общество всегда было эгалитарным, нестратифицированным и бесклассовым. Традиционно не существовало формальной политической организации и иерархии престижа: кланы различались по размеру, но не по статусу; во главе каждого клана стоял уважаемый старейшина; кланы и сёла были автономны. Лидерство на уровне всего общества возникало только в ответ на крайние внешние угрозы, было исключительно военным и временным.
Кланы важны и в современной городской жизни. Строгая клановая экзогамия соблюдается всегда. Индивид относится ко всем членам клана так же, как к родственнику в этом клане: к женщинам материнского клана он демонстрирует ту же сдержанность и формальность, что и к старшей сестре матери. Даже горожане, как правило, знают и передают детям сведения о происхождении клана и семьи, о расположении родовых башен и о горном селе, откуда ведёт начало род.
От ингуша или чеченца традиционно ожидается знание имён и места рождения отцовских предков на семь поколений назад. Это не уникально ингушско-чеченская, а общесевернокавказская традиция, благодаря которой на Северном Кавказе невозможны масштабные территориальные споры — все стороны знают, чьи предки жили на той или иной земле.
Зачем нужно изучать и сохранять ингушский
Кавказ известен с античности уникальным числом и разнообразием языков и экзотическими грамматическими структурами автохтонных языковых семей. Это разнообразие свидетельствует о тысячелетиях мирного сосуществования автономных этнических групп. Все три автохтонные языковые семьи Кавказа (нахско-дагестанская, абхазо-адыгская и картвельская) занимают свои территории дольше, чем любой европейский язык — кроме, возможно, баскского.
Проект Калифорнийского университета в Беркли по ингушскому языку (UCB Ingush Project) под руководством профессора Йоханны Николс при поддержке Национального научного фонда США занимается научным исследованием и документацией ингушского языка. Цели проекта — «сделать научную и историческую значимость ингушского языка и культуры более известными миру и содействовать преподаванию и сохранению языка». Среди результатов проекта — справочная грамматика, описание звуковой системы, лексикографическая база данных, инструмент для глоссирования текстов BITC и список слов Сводеша.
Заключение
Ингушский язык — один из старейших языков Кавказа, носитель уникального типологического профиля (фарингалы, абруптивы, эргативность, классные показатели, цепочки клауз) и многовековой устной поэтической традиции. Сегодня он находится под угрозой функционального вытеснения русским языком, и его будущее зависит от целенаправленной работы по кодификации, лексикографии, образованию и поддержке литературной и научной традиции.
Словарь терминов
- Нахско-дагестанская (восточно-кавказская) семья — языковая семья на северо-востоке Кавказа из 30+ языков; делится на нахскую и дагестанскую ветви.
- Нахская ветвь — ингушский, чеченский и бацбийский (цова-тушинский). Эти три языка — близкие родственники.
- Этноним — название народа.
- Экзоэтноним — название народа, данное со стороны (другим народом). «Ингуш» — экзоэтноним; самоназвание — гIалгIай.
- Эндоэтноним (самоназвание) — то, как народ называет себя сам.
- Эргативность — тип грамматического выравнивания: подлежащее переходного глагола в эргативе, подлежащее непереходного и прямое дополнение — в номинативе.
- Падеж — грамматическая категория имени, указывающая его роль в предложении. У ингушского имени около восьми падежей.
- Грамматический класс (гендер) — категория, объединяющая существительные по типу согласования. В ингушском — четыре класса.
- Согласование — морфологическое уподобление одного слова другому (по классу, числу, падежу).
- Эйектив (абруптив) — согласный с гортанным «щелчком»: «к1», «т1», «ц1» в ингушском.
- Фарингал — глоточный согласный.
- Шва — слабый нейтральный гласный, который в ингушском часто не произносится, но влияет на структуру слога.
- Конверб — нефинитная форма глагола, аналог русского деепричастия.
- Цепочка клауз (clause chaining) — приём связывания нескольких клауз через конвербы.
- Сериализация глаголов — последовательность нескольких глаголов, выступающих как один сложный предикат.
- Дальнодистантная рефлексивизация — употребление возвратного местоимения «себя» с антецедентом, удалённым на несколько уровней клаузы.
- Газель — классическая лирическая форма ближневосточной поэзии, заимствованная из персидской традиции.
- Кеннинг — иносказательная описательная замена слова в поэтическом языке («путь китов» вместо «море»).
- Двуязычие — владение двумя языками. Социолингвистический термин для речевой общины, в которой большинство владеет и родным, и доминирующим языком.
- Переключение кодов (code-switching) — переход с одного языка на другой в пределах одной фразы или разговора.
Источники
- UC Berkeley Ingush Language Project. Главная страница: https://linguistics.berkeley.edu/~ingush/
- Nichols J. Ingush Phonology and Orthography. UC Berkeley. https://linguistics.berkeley.edu/~ingush/orthography.html
- Nichols J. The Ingush (with notes on the Chechen): Background information. UC Berkeley, February 1997. https://linguistics.berkeley.edu/~ingush/ingush_people.html
- Nichols J. Ingush Grammar. (UC Publications in Linguistics, vol. 143). University of California Press, 2011.
- Nichols J. Ingush // Smeets R. (ed.) The Indigenous Languages of the Caucasus. Vol. 4: Northeast Caucasian Languages. Delmar, NY: Caravan Books, 1994. P. 79–145.
- Comrie B. The Languages of the Soviet Union. Cambridge University Press, 1981.
- Gamkrelidze T. V., Gudava T. E. Caucasian languages // Encyclopedia Britannica.