гуш боа седкъа борам (~аш) (б, д)

Вопрос об эргативном дополнении в ингушском языке еще никто не поднимал. Факт его существования очевиден. Целью данной статьи является освящение этой проблемы. No one raised the question about the existing of ergative object in Ingush. This is obvious that this fact is existing. The aim of this article is to highlight this problem.

В статье проанализированы аналитические тенденции в современном ингушском языке, в котором аналитические формы широко представлены в системе глагола. Особое внимание уделено изучению влияния вспомогательных глаголов на семантические и грамматические значения аналитических граммем. Научная новизна исследования состоит в том, что впервые на основании анализа особенностей функционирования в примерах из произведений художественной литературы в состав вспомогательных элементов аналитических форм ингушского глагола включена лексема «даг1а» (в, й, б) — «сидеть». Установлено, что данный глагол, как и другие глаголы с экзистенциальным лексическим значением, может участвовать в образовании аналитических глагольных форм как вспомогательный компонент, являясь модификатором грамматической семантики граммем аналитической структуры.

Статья посвящена исследованию специфических особенностей реализации категории грамматического класса в структуре глагола ингушского языка. Грамматический класс рассматривается как разновидность согласовательного класса — словоклассифицирующей категории, посредством которой все имена существительные языка группируются по типам в зависимости от их классной отнесённости. Авторы устанавливают, что современный ингушский язык относится к языкам с внешним типом проявления согласовательного класса, опирающимся на четыре классных показателя — в, й, б, д. На основе диахронического анализа современных глагольных лексем и их структурных пар авторы выявляют в составе глагольных основ рудиментарные окаменелые классные показатели: кх-, т-, л-, с-, б- и другие.