«Магас Благословенный»
Исторический роман известного ингушского писателя Иссы Кодзоева. Книга повествует об истории древнего Магаса, столицы средневековой Алании.
Здесь собраны живые предложения из текстовых источников, связанных со словарными статьями. Можно посмотреть, из какого корпуса взят пример и к какому слову он привязан.
Исторический роман известного ингушского писателя Иссы Кодзоева. Книга повествует об истории древнего Магаса, столицы средневековой Алании.
Сост. Дахкильгов И.А. (1998). Ингушский фольклор: эпические сказания, мифы, сказки, легенды, предания, песни и пословицы, отражающие историю, этические нормы и культуру ингушей.
Параллельный корпус ингушского и русского текста с выровненными фрагментами перевода.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Корпусный источник с примерами предложений, связанных со словарными статьями.
Из мара яцар, йолче, боча Ӏомадаь бер а дар.
Она была единственное и, следственно, балованное дитя.
Цхьа къе дворянка йоалаяь хиннай цо, из еннай бер деш ер арахьа дӀаваха цӀагӀа воацаш.
Он был женат на бедной дворянке, которая умерла в родах, в то время как он находился в отъезжем поле.
Цхьабакъда Алексей цунга зехьа хьийжа а хьийжа Василе-аьшкапхьара йоӀ, бокъонца йола Акулина, тенна а к Ӏига меттане а йоӀ лаха юрта ваха тарлора, иштта укхан берий ловзарах кхета а тарлора.
Но Алексей, прождав ее напрасно, мог идти отыскивать в селе дочь Василья-кузнеца, настоящую Акулину, толстую, рябую девку, и таким образом догадаться об ее легкомысленной проказе.
— «Акулина, — жоп деннад Лизас, ший пӀелгаш Алексея бера хьа а увзадеш, — дӀахецал со, барин; чуяха а ха хиннай сона».
— «Акулиной, — отвечала Лиза, стараясь освободить свои пальцы от руки Алексеевой; — да пусти ж, барин; мне и домой пора».
Цхьа хӀама дар цунна хала долаш: когаш берзан болаш коа гӀолла из дӀайолаелча баьций чӀегӀаша цун боча (нежные) когаш лозабора, хӀаьта гӀуми жагӀеи хеталора цунна шийга лоалургбоацаш.
Одно затрудняло ее: она попробовала было пройти по двору босая, но дерн колол ее нежные ноги, а песок и камушки показались ей нестерпимы.
Из эггара хьалха царна хьалхашка эттав маьлхара а вахара цхьадолча хӀамаех дог иккха а волаш, эггара хьалха дийцар цо царна ший дӀадахача хозача вахара хьакъехьа, ший дӀаяхача бера ханий хьакъехьа; цул совгӀа сага корта тӀа а боаллаш пӀелгах боаллабу гӀоз лелабора цо.
Он первый перед ними явился мрачным и разочарованным, первый говорил им об утраченных радостях и об увядшей своей юности; сверх того носил он черное кольцо с изображением мертвой головы.
Къаьнача Берестовна ший оагӀонгахьара, ший лоалахочун цхьайола оамалаш Ӏовдала хеташ ше вале а (цо оалаш ма хиллара, английски Ӏовдалал йоаллаш) цунах дуккха дика оамалаш йоахкалга харцдеш хиннавац, масала, говза ваха ховш хилар;
Старый же Берестов, с своей стороны, хотя и признавал в своем соседе некоторое сумасбродство (или, по его выражению, английскую дурь), однако же не отрицал в нем и многих отличных достоинств, например: редкой оборотливости;
Мичча беса дале а дукха ха йоаццаш Иван Петрович Берестовнеи Григорий Иванович Муромскенеи юкъе тоссаденна хьоашал тӀехь-тӀехьагӀа тоалуш хиннад, кастта доттагӀал хинна дӀа а эттад укх тайпарча бахьанех: Муромскена каст-каста хеталуш хиннад Иван Петрович венначул тӀехьагӀа цун еррига имени Алексей Ивановичага а кхоачаргья;
Между тем недавнее знакомство между Иваном Петровичем Берестовым и Григорьем Ивановичем Муромским более и более укреплялось и вскоре превратилось в дружбу, вот по каким обстоятельствам: Муромский нередко думал о том, что по смерти Ивана Петровича всё его имение перейдет в руки Алексею Ивановичу;
Берригаш а хьалгӀайттаб; да хьаьшашта из дӀайовзийта волавеннав, цхьабакъда цу саххьате соцавеннав сихха ший бордагӀа церг а теха…
Все встали; отец начал было представление гостей, но вдруг остановился и поспешно закусил себе губы…
Къаьна Берестов дагахьа-м дехкеваьнна хиннав сел пайда боацача хӀамашта къахьегарах а ха йоаярах а, бакъда эздел ца дохаде хӀама оалаш хиннавац.
Старый Берестов внутренно жалел о потерянном труде и времени на столь бесполезные прихоти, но молчал из вежливости.
Къаьна Берестов ийча хьалтӀаваьннав, Муромске шин лакея гӀо а деш.
Старый Берестов взошел на крыльцо с помощью двух ливрейных лакеев Муромского.
ШоллагӀча дийнахьа марта дуача хана Григорий Ивановича йоӀага хаьттад, хӀанз а лаьрхӀа я хьо БерестовгӀарех лачкъа, аьнна.
На другой день за завтраком Григорий Иванович спросил у дочки, всё ли намерена она спрятаться от Берестовых.
— «А, папа, цхьаккха хӀаман духьа, дуне дизза рузкъа лой а БерестовгӀарна со дӀатӀагӀоргьяц».
— «Нет, папа, ни за что на свете, ни за какие сокровища не явлюсь я перед Берестовыми».
— БерестовгӀар, даи воӀи!
— Берестовы, отец и сын!
Григорий Ивановича, шийна дӀахезар бокъонца кхетадаь ялале, дӀааьннад кхоана ше волча делкъа ханна хьоашагӀа боагӀаргболаш шаккъе БерестовгӀар ба аьнна.
Григорий Иванович, не дав ей опомниться, объявил, что завтра будут у него обедать оба Берестовы.
Ийча кхаччалца Берестова дӀанакъаваьккхав из, хӀаьта Муромски дӀавахав ше дӀавахале шоллагӀча дийнахьа (шийца Алексей Иванович а волаш) доттагӀал тӀехь цхьана хӀама дуаргдолаш Прилучино воагӀаргва аьнна цунгара цӀена дош а даьккха.
Берестов проводил его до самого крыльца, а Муромский уехал не прежде, как взяв с него честное слово на другой же день (и с Алексеем Ивановичем) приехать отобедать по-приятельски в Прилучино.
Муромске Берестовгара йийхай цхьа моллагӀа ворда, хӀана аьлча Ӏокхийтта лозаварах говра тӀахайна цӀавохалургвац ше аьнна дерий а деш.
Муромский попросил у Берестова дрожек, ибо признался, что от ушибу не был он в состоянии доехать до дома верхом.
Муромскена ак ала мегадац, хӀана аьлча цо ше декхарийла волаш лаьрхӀандаь, хӀаьта иштта Берестов чувенав сий а долаш, пхьагал а йийна, тӀем тӀара есар санна човнаш хинна ший моастагӀ а воалавеш.
Муромский не мог отказаться, ибо чувствовал себя обязанным, и таким образом Берестов возвратился домой со славою, затравив зайца и ведя своего противника раненым и почти военнопленным.